«ОТМАЗКИ» В АРМИИ КАК ОСОБЫЙ ВИД ИСКУССТВА

Первое и основное, чему учит армейская служба — это совсем не умение стрелять, управлять боевой техникой, выживать и побеждать в бою. До этого дело дойдёт, конечно. Но позже. А вначале нужно познать искусство объяснить невыполнение или неточное/неполное/неправильное решение поставленной задачи командирам-начальникам так, чтобы не остаться крайним. Потому что крайнего будут искать настойчиво и с наслаждением.

Сразу уточним: речь пойдёт исключительно о современной российской армии. В вооружённых силах других стран и эпох служить не довелось, хотя чутьё подсказывает, что у них та же самая история.

Почему вообще встаёт на повестке дня вопрос умения «отмазаться»? Разумеется, отчасти потому, что все мы люди и все мы человеки, а человекам свойственно (реже или чаще) затупить, полениться сделать или банально забыть, не успеть и прочее. Однако в армии все это усугубляется постоянными нарушениями принципа единоначалия.

Поначалу, попав на действительную военную службу, мне казалось, что приказы ты будешь получать только от своего непосредственного командира. В реальности выглядело это так:

Поутру, где-нибудь, скажем, в канцелярии роты получаешь от своего ротного задачу — скажем, дойти до парка боевой техники и там, в наших боксах, что-то проверить или дать кому-то из механиков-водителей нагоняй. С этой целью ты бодро выдвигаешься в нужном направлении.

Бодро — не потому, что приказ командира роты офигенно тебя обрадовал и ты счастливый побежал им заниматься, а чтобы поскорее с этим разделаться, ибо на тебя и так на весь день задач навешано по уши и надо их успеть сделать.

Однако уже через минуту, возле подъезда своей казармы, ты натыкаешься на кого-нибудь из управления батальона (скажем, зам.комбата), который, увидев тебя, вспоминает что-то тоже очень важное (по его мнению) и оперативно перенаправляет на решение своего вопроса. И вот ты уже бежишь с этим делом в штаб полка.

Не успев войти в здание штаба полка, лоб в лоб сталкиваешься с офицером рангом ещё выше, который тоже вспоминает ещё какую-то сверхважную задачу и отправляет вс новое место (например, разбираться на складе службы РАВ, почему не стыкуется количество полученных на стрельбы патронов в твоей роте, а заодно ещё в соседней). Все другие, первоначальные твои задачи товарища майора тоже, разумеется, не волнуют, ему нужно решение его вопроса прямо сейчас… А пока ты идешь в РАВ, окажется, что тебя уже вызвали к замполиту полка по поводу вчерашнего инцидента с бойцами, ушедшими в СОЧ и попавшимися в городе. И это тоже срочно — срочней некуда!

В итоге, ближе к вечеру, уже порядком офонарев от этого кружения между должностными лицами и нерешёнными проблемами, в каком-нибудь углу территории части натыкаешься на своего ротного, который тоже смотрит на мир таким же затуманенным взором, но всё же усилием воли припоминает, что утром отправлял тебя в боксы техники.

Естественно, он очень хочет услышать, что задача выполнена.

И когда ты начинаешь рассказывать как было дело и какие большие люди тебя постоянно задерживали, он теряет терпение и — этот простой ротный, такой же летёха как ты (а может, имеющий на одну звёздочку больше), но, будучи на должности, задр…ный ещё больше твоего, теряет терпение и зло произносит: «Да мне пох..,. куда и зачем тебя комбат и зампотех полка отправляли! Ты мою задачу почему не выполнил?«.

Естественно, немного пожив и послужив в этой дивной атмосфере, когда в сутках всего 24 часа (из которых надо немного поспать), а задач нарезают на все 48, начинаешь понимать, что без умения отъехать всех собак и люлей тут будут постоянно навешивать тебе…

Армейская методика увиливания хотя бы от части поставленных задач и неприятных вопросов вышестоящих командиров по поводу их невыполнения многогранна

и разнообразна, нет единого способа, каждый опытный военнослужащий придумывает свой оригинальный стиль «отмазов».

Пример 1: однажды в боксе третьей роты моего батальона обломилась петля у ворот. Высота ворот и ширина — огромные (для движения БМП и грузовой техники), поэтому вес у них большой. Закрыть двери бокса как положено стало невозможно (нужно навесить замки и опечатать). Естественно, сохранность техники, топлива и ЗИПа сразу встаёт под вопросом. Хотя парк ночью закрыт и охраняется караулом, но это ровным счётом ничего не гарантирует 🙂

Конечно же, наш комбат, которым на тот момент был крайне крикливый и беспокойный подполковник, сильно озаботился этим вопросом и озадачил ротного-3 скорейшим выполнением…

Сварка несчастной петли заняла две недели.

При этом на ежедневных (точнее, ежевечерних) совещаниях командир третьей роты, а иногда офицеры, его заменяющие, находили просто блестящие оправдания, почему ворота не были сделаны и сегодня.

  • Вначале доводы были просты и логичны: нет сварочника.
  • На следующий день сварочник был найден в ремроте, но ремрота отказалась его дать, мотивируя тем, что батальон уже что-то у них брал, но сломал/украл/нахамил и так далее.
  • День 3: на ремроту было оказано давление серьёзными людьми на уровне заместителя командира полка. Командир ремроты плакал от обрушившегося несчастья, но пообещал дать сварочник.
  • День 4: ремрота сдержала обещание и даже дала сварочный аппарат, но он оказался неисправным.
  • День 5: сварочник признан исправным (после наезда с проверкой зампотеха полка), но в третьей роте не нашлось никого, кто умеет варить так, чтобы металл потом держался.
  • Дню к 12-му аргументы ротного-три по мастерству объяснений уже приближались к восьмидесятому левелу и грозили рассказать про высадку инопланетян в технопарке. Комбат, задавая вопрос о проклятой петле трижды проклятого бокса, устало закрывал глаза и после ответа о новых причинах, со словами «Ну вы совсем уже там…«, крутил пальцем у виска.

Я на этих совещаниях бывал тоже почти каждый вечер и, слушая эту сказку про белого бычка, вслух ржал вместе со всеми, а про себя молился, чтобы в моей роте что-нибудь не отвалилось. Да и все присутствующие, возможно, тоже это делали…

Пример 2: разговор дежурного по полку с дежурным по дивизии.

Я был в тот день помощником дежурного по полку и потому слышал это своими ушами. Внезапный звонок из штаба дивизии выявил такую ситуацию.

Наш полк должен был на этот день представить какой-то очень важный наряд «туда», на дивизионный уровень. То ли сопровождение какое-то для чего-то, то ли ещё что. Мой дежурный, майор, вначале перерыл все телефонограммы и ЦУ с прошлого суточного наряда по полку, но такого требования не нашёл. Снова связался с дивизией и объяснил всё это. В ответ дежурный по штабу дивизии пояснил, что накануне такой приказ БЫЛ. Стали разбираться кто прав. Признавать свою неправоту не был намерен ни тот, ни другой, потому что это повлекло бы кары от командования за срыв важной военной задачи.

Выяснилась вот какая дичь

Номер нашего мотострелкового полка — 276-ой. В приказе по дивизии, который был поднят для проверки, действительно фигурировал наряд, но ответственным был назначен какой-то 6-ой полк. Дивизионный дежурный объяснил, что они так у себя называют наш полк для краткости. В ответ мой майор стал наезжать на подполковника, что мы-то 276-ой полк и в приказе о нас ничего нет!

«Вот с шестого полка этот наряд и берите» — веско заключил мой майор и положил трубку телефона.

Алексей Королёв, экс-старший лейтенант. Армия навсегда 🙂

Читайте также: Про страшный случай с «Чёрным Квадратом» в Чечне

Добавить комментарий